Cart

Перед Небесным Учителем одна аудитория сменяла другую. Вот Он увидел людей, уверенных в своей праведности, при этом унижавших других. И решил показать им настоящую картину путем аллегории. Так мир получил известную каноническую притчу под названием “О фарисее и мытаре”.

Эти две противоположности оказались в храме одновременно, причем с одинаковым намерением – помолиться. Казалось, в храме все едины, потому что всем нужен Бог, однако и здесь возникло разделение по признаку подлинной праведности. Иисус так и скажет, подытаживая:“Сказываю вам, что сей пошёл оправданным в дом свой более, нежели тот”. Не прочитав всю притчу, мы будем почти уверены, что на высоте оказался фарисей. Но под “сей” и “тот” все оказалось наоборот.
Фарисей в моральном отношении был точно лучше мытаря, но не получил одобрения Бога. Почему? Поставил сам себя выше сборщика налогов. Именно эту притчу Иисус завершил аксиомой: «всякий возвышающий сам себя унижен будет»(Лк.18:14).

Фарисей думал о святости и что-то делал для этого. И разве это плохо? Ни в коем случае. Странно, если этого не происходит. Но вот на этом пути нас и подстерегает враг. И не в виде рыкающего льва, а в виде ангела света. В чем это выражено? Мы начинаем давать оценку себе сами. На этом прекращается приток благодати, а мы продолжаем расти. В своих глазах. Теперь мы беспрепятственно оцениваем других и у нас появляется чувство превосходства нас теми, кто не старается как мы и вообще ничего не делает, как нам кажется, для угождения к Богу. И когда мы опустились до чувства превосходства, то нам легко и желанно становится их осуждать.

Слова осуждения доходят до откровенной неприязни. Ты как бы за Бога их осуждаешь.

А что я неправ? – ты говоришь.

Даже если ты миллион раз прав по фактам, ты миллион раз не прав по духу.

“Кто ты, осуждающий чужого раба? Перед своим Господом стоит он или падает. И будет восставлен, ибо силён Бог восставить его”(Рим.14:4).

В то время, когда мы негодуем на слабых, нелюбящих Бога христиан, кто-то молится о них Богу. Даже если никого не нашлось в данном случае, о них ходатайствует Тот, Который возлюбил их до Своей крестной смерти (1Ин.2:1). Если мы осуждаем согрешающих – именно осуждаем – то мы подавили “чувство родства”(Амос 1:11) и вместе с неродной матерью, тыча на ребенка, заявляем: “рубите”(3 Цар.3:26). И даже если другие не рубят, то рубим сами. Языком.

Так что нам нужно мириться со грехом и омиршвленностью? Нет, конечно. Просто на нее реагировать по другому нужно. По Божьему.
Нам кажется, если мы настроим людей против тех, кто не здрав в вере, то мы таким образом окажем верность Господу. Заблуждение! Неприязнь, осуждение, ненависть в этих случаях – это такое же проявление плоти, как и проявление (всего этого) в других случаях. Нисколько святее мы не становимся, когда “по святому” ругаемся в адрес тex, кто неправ. Кто небрежен в вопросе отделения от мира. Потому что проявляя осуждение, мы показываем, что сами еще не отделились от системы зла.

Какой должна быть наша реакция на мирское достоинство детей Божьих?

Непринятие, несогласие. У нас должны быть границы истины. Но если мы не испытываем желания помочь им, то нам не следует заниматься ими вообще.

Если мы не испытываем мучений любви, касательно тех, кто живет по плоти, то это не наше поле. Мы здесь никому ничем не поможем. Нам самим нужен Господь, святостью Которого мы и будем хвалиться. Когда Он коснется нас Своей благодатью.

Наименьший в Нем,

ваш Владимир Шариков

 

Leave a Reply