Cart

Конец 19-го века стал эпохой, вошедшей в историю под названием: «великая критика Библии». Собственно, Библия нисколько не перестала быть значимой по своей сути, зато вера заметного количества верующий была поколеблена.

Наше время характеризуется тоже усиленной критикой как переводов Библии, так и нашей христианской практики.

Мы не стремимся поколебать чью-то веру, мы просто стремимся отделить в нашей вере чистое зерно от мякины.

Например, голос Святого Духа и голос нашей совести – это не одно и то же. И это правда. Дух Святой всегда истинен, а вот совесть может быть порочной, оскверненной или немощной. И если совесть воспитать под определенные понятия, то она и будет осуждать нас всякий раз, когда мы нарушаем эти правила. Соответственно, если совесть недостаточно воспитана по каким-то вопросам, то она там и будет молчать.

Мы в таких случаях ссылаемся на авторитет Священного Писания: если Писание не говорит, то и нам не следует говорить и наоборот. Но тут и возникает главная трудность: кто определяет смысл сказанного в Библии? Ведь истолковывать Слово можно по-разному. Кто является для нас последней инстанцией – мы сами? Так быть не может!

Мы ведь держимся Богоцентризма в нашей вере, и за человеком – какими бы мы не были положительными в познании Бога – не может быть последнего слова.

Последнее слово за Богом. История полна ярких примеров от Вавилонской башни до последних попыток, скажем, «окончательно решить еврейский вопрос». Это понятно. Но как понять в частном определении, что твое понимание истины и есть стопроцентное понимание Бога этого вопроса?

Богоцентризм веры не исключает участие человека в ее выражении. Это мы с вами, которые что-то говорим, что-то делаем, как-то строим молитвенную жизнь и общение с другими. Существуют ли критерии, определяющие источник нашего поведения?

Да, существуют.

Во-первых, это родители. С этих дорогих людей начинается путь к различению «добра и зла», почтительное отношение к которым приведет к благу и долголетию. Они учат и воспитывают нашу совесть. На раннем этапе жизни мы еще не знаем голоса Святого Духа, но мы уже знаем голос правильно воспитанной совести, и это принципиально важно.

Во-вторых, это наставники. Они заняты не только воспитанием и сохранением нашей совести, но и учат восприятию голоса Святого Духа. Даже те из них, которые сами находились в непростом духовном положении, все равно справлялись с этой задачей. Например, как это было с Илией священником по отношению к Самуилу.

В целом же полномочия комплексного духовного воспитания переданы Господом Иисусом Христом вполне конкретным наставникам в церкви – пастырям, учителям, евангелистам. Вот они и передают народу то, «что Дух говорит церквам» (Отк.3:13). Они объясняют, что мы ничего не услышим от Духа Святого, если наша совесть будет осквернена (Тит.1:15). Они учат как содержать свою совесть во Святом Духе. Вот как об этом пишет Апостол Павел: «Истину говорю во Христе, не лгу, свидетельствует мне совесть моя в Духе Святом» (Рим.9:1).

Если мы готовы принять голос нашей несостоятельной совести за голос Святого Духа, значит мы не более, чем младенцы во Христе. Само отделение совести от Духа Святого говорит об отсутствии нормальной духовной жизни. Ведь наполнение Духом означает Его благотворное влияние на всего человека, включая совесть. А как иначе?

И теперь мы подходим к третьему и самому критическому заявлению касательно совести, не мешающей работе Святого Духа. Это – страх Господень. Этот страх ничто иное как страж совести.

Павел пишет о себе: «сам подвизаюсь всегда иметь непорочную совесть пред Богом и людьми» (Деян.24:16).

Старания такого рода продиктованы страхом Божиим. Не будь страха Господнего, не будет и доброй совести. Не будь доброй совести, не будет и руководства Святого Духа.

Таким образом, территория Святого Духа и территория совести христианина – это не два государства, а одно, с органичным подчинением второго первому. При условии, если у дверей совести стоит недремлющий охранник – страх Божий.

Именно в силу его отсутствия и возникает неопределенность и многомыслие по простым вопросам.

Но это уже, дай Бог, не о нас с вами.

Наименьший в Нем,

ваш Владимир С. Шариков

 

Leave a Reply